Что физики увидели за экзотикой феноменов

Эдуард Эммануилович Годик

Физические поля биологических обьектов

В начале 80-х прошлого века в относительно сытое («в отдельно взятой Москве») время завершающегося правления Брежнева люди стали больше заботиться о своём здоровье. В ответ на эту потребность появилось много целителей-экстрасенсов. Как известно, при социализме потребности удовлетворялись в порядке важности трудящегося для народа, т.е. первым по очереди был сам Брежнев, затем его ближайшие соратники... По этой причине, когда стало известно, что в Тбилиси появилась восходящая звезда в этом деле Джуна Давиташвили, её пригласили в Москву, дали квартиру, устроили на работу в поликлинику Госплана... Более того, решили придать ей в поддержку Академию наук ... Академии было предложено организовать серьёзную Программу по исследованию «биополей» с участием Джуны. Так экстрасенсы (и «в народе») называли субстанцию, через которую они бесконтактно получают информацию о пациенте и через которую они лечат... В качестве головной организации выбрали наш Институт радиотехники и электроники. Когда зам. директора Института академик Ю.Гуляев предложил мне как физику–экспериментатору, занимавшемуся регистрацией слабых инфракрасных излучений, взяться за организацию и осуществление этой Программы, я вначале сильно сомневался... Уж очень отталкивающими выглядели эти квазинаучные термины: биополя, экстрасенсы и др. Но затем я осознал, что можно организовать профессиональное исследование феноменов, не привязываясь к «ахинее», которую вокруг них говорят «любители»... Я принял предложение Ю.Гуляева и не пожалел об этом потом...

Мы подошли к задаче как к исследованию возможности бесконтактного информационного обмена между людьми помимо известных органов чувств. Носителями физиологической информации в принципе могут быть физические поля и излучения организма. Мы так и назвали Программу «Физические поля и излучения организма человека». Её целью была регистрация и визуализация всех возможных физических полей и излучений организма, которые могут быть промодулированы на уровне физиологии, т.е. нести физиологическую информацию. Эта информация должна содержаться во временной динамике сигналов и их распределении в пространстве вокруг человека. Фактически при этом мы использовали подход (и принципы построения аппаратуры) одного из основных методов радиофизики — пассивного дистанционного зондирования. Этот метод в течение многих лет успешно применялся в нашем Институте для исследования Земли и Океана с летательных аппаратов под руководством академика В.А.Котельникова. Приступая к этой работе мы понимали, что независимо от исследования феноменов, аппаратура и методы регистрации собственных сигналов организма по всем возможным каналам (фактически «прослушивание» его «рабочего стука») — это основа для нового поколения абсолютно безвредной медицинской аппаратуры для диагностики организма.

Рис. 1

Схематическое изображение Человека в «свете» его собственных физических полей и излучений показано на рис.1:

Так примерно выглядит Человек в «свете» собственных физических полей и излучений организма, возникающих и непрерывно изменяющихся в процессе жизнедеятельности (это мой рисунок на основе физических оценок при планировании работы...): инфракрасное тепловое излучение (красный цвет) несёт информацию о функциональной динамике кровотока в кожных покровах, который обеспечивает терморегуляцию организма; радиотепловое (оранжевый) и акустотеповое (коричневый) излучения несут информацию о температуре и функциональной динамике метаболизма и кровотока во внутренних органах и мышцах; электрическое(синий) и магнитное(белый) поля генерируются биоэлектрическими источниками мозга, сердца, нервов, мышц; хемилюминесценция (зелёный) характеризует насыщение тканей кислородом и уровень антиоксидантов.

Кроме сигналов собственных физических полей и излучений, информация о функционировании организма за его пределами может естественным образом поставляться и в результате параметрической модуляции внешних полей, в которых живет человек. Перераспределение парамагнитной крови в сердце в магнитном поле Земли может давать сигнал, больший чем само магнитное поле сердца. Кроме того, оптическое излучение (солнечное или искуственное,квази-солнечное) проникает достаточно глубоко в ткани организма и обратно рассеивается будучи промодулированным во времени ритмами кровотока и кровонаполнения тканей организма, а по спектру концентрацией и оксигенацией гемоглобина крови.

В рамках Программы мы должны были фактически провести пассивное дистанционное зондирование организма по всем указанным выше информативным каналам. Для того, чтобы осуществить такой глобальный общеорганизменный эксперимент мы собрали уникальную команду молодых талантливых учёных и аспирантов, главным образом из МФТИ. Она была разделена на несколько групп, так чтобы каждая группа занималась своим каналом. Это было необходимо, чтобы обеспечить достаточно высокий уровень эксперимента при регистрации очень слабых сигналов организма. В каждом канале использовалась своя специализированная аппаратура и методы. Кроме того, одна группа под руководством АлександраТараторина и Сергея Платонова разрабатывала базовые алгоритмы и програмное обеспечение для обработки динамических изображений во всех каналах.

В создании Центра в рекордно короткий срок неоценимую помощь оказал мне мой заместитель Алексей Лукин. Его умение без «крика» с человеческим пониманием работать с молодыми неординарными «физтехами» позволило направить значительную часть их энергии в конструктивное русло.

Прежде всего значимая информация о функционировании организма была получена в инфракрасном канале, где интенсивность несущей полосы частот была наиболее высокой: 10 милливатт/см² (около 100 Вт(!) со всей поверхности тела). Мы понимали, что наиболее ценная информация в этом канале не абсолютная величина интегральной интенсивности излучения как мера температуры поверхности тела, а её относительно небольшие изменения во времени и перераспределение по кожным покровам. Эти дифференциальные изменения интенсивности как раз и характеризуют временную и пространственную динамику кровотока в коже. Для регистрации такого дифференциального динамического «пейзажа» были разработаны алгоритмы и програмное обеспечение для дифференциального динамического картирования: последователльной кадр за кадром регистрации изменений интенсивности как спонтанных, так и в ответ на различную стимуляцию.

Рис. 2

В результате, в 1982 году впервые было создано динамическое инфракрасное тепловидение, вместо несравненно менее информативного обычного, представляющего только статическое распределение температуры по поверхности тела. Инфракрасную группу возглавлял очень талантливый, к сожалению, рано ушедший физик Саша Петров. С помощью такого подхода в мы фактически увидели увлекательные «фильмы» в инфракрасном свете о жизнедеятельности организма, которые с достаточно высоким пространственным разрешением (лучше миллиметра) непрерывно в реальном времени «демонстрируются» на поверхности тела. Наиболее выразительными были обнаженные части тела с активной терморегуляционной нагрузкой: лицо, руки, а также ступни (которые ещё сохранили память о «босоногом» прошлом).

Мы наблюдали распространение тепловых волн по поверхности кистей рук от кончиков пальцев и синхронные осцилляции температуры (интенсивности свечения) на обеих кистях с периодом в несколько минут (рис. 2).

Рис. 3

В ответ на локальное болевое раздражение кисти руки по ней пробегали быстрые волны (в секундном масштабе времени). Даже задержка дыхания (также как и «затяжка» курильщика) вызывала заметную реакцию в виде снижения интенсивности инфракрасного свечения конечностей, отражающую уменьшение кровотока в них. Избирательно стимулируя различные внутренние органы: сердце, печень, почки, поджелудочную железу, мы увидели в инфракрасном свете, что реагирующие участки кожи специфичны для каждого органа (рис. 3).

Дифференциально контрастные в инфракрасном тепловом излучении проективные зоны различных органов на коже. Слева направо вверху и внизу: сердце, реакция на физическую нагрузку; печень, гюкозный тест; поджелудочная железа, фармакологический тест; почки, фармакологический тест.

Динамическое тепловидение позволяло регистрировать перераспределение кровотока в кожных покровах, вызванное не только физическим стимулами, но и ментальными: внушёнными испытуемому в процессе гипноза или даже при самовнушении (рис.4).

Рис. 4

Динамический инфракрасный паттерн, отражающий волнообразный разогрев кистей рук при самовнушении: «мои руки становятся тёплыми».

На более длинных волнах ткани организма становятся более прозрачными, чем в инфракрасном диапазоне, но интенсивность теплового излучения очень сильно падает. В группе радиотеплового излучения под руководством Валерия Дементиенко (с ним и Сашей Петровым мы начинали создание нашего Центра на Старосадском) были разработаны высокочувствительные многоканальные радиометры дециметрового и сантиметрового диапазонов. Это дало возможность прямо наблюдать функциональную динамику метаболизма и кровотока в коре головного мозга: как спонтанную, так и в ответ на различные стимулы (зрительные, слуховые, моторные и др.). Например, на рис. 5 показаны контралатеральные реакции коры головного мозга на поочерёдное сжимание левой и правой кистей рук.

Рис. 5

Радиотепловые реакции мозга на моторную стимуляцию: при упражнении кисти левой руки растёт яркость свечения в правом полушарии, что отражает рост метаболизма и кровотока.

Рис. 5

При сжиманиях кисти правой руки радиотепловое свечение разгорается в левом полушарии.

Такое динамическое радиотепловое картирование дало возможность наблюдать динамику температурного поля головного мозга (связанную с локальным метаболизмом и кровотоком) в процессе сна. При засыпании яркость теплового свечения падала, тепловые паттерны коры специфично изменялись в различные фазы сна, в некоторые периоды яркость свечения определённых областей мозга разгоралась до уровня бодрствования. Совсем другая картина наблюдалась в процессе гипнотического сна: левое полушарие остывало (как при нормальном засыпании), а правое наоборот разогревалось выше уровня бодрствования.

В миллиметровом диапазоне тепловое излучение поглощается водосодержащими тканями организма сильнее и выходит с меньшей глубины (на длине волны 8 мм эта глубина порядка миллиметра). Однако это излучение свободно проходит через одежду, бинты и др. Здесь талантливый инженер-физик Ильдар Валиев разработал не только высокочувствительную аппаратуру для дистанционного (с расстояния до одного метра) зондирования, но и оригинальное програмное обеспечение для динамического картирования. Несмотря на близкую глубину зондирования (кожные покровы) тепловые «пейзажи» в миллиметровом отличаются от инфракрасных, т.к. одежда термоизолирует поверхность тела: температурные контрасты проявляются с большей глубины. Так в ответ на приём нитроглицерина, например, наблюдалось значительное уменьшение яркости свечения в области проекции сердца. Такая абсолютно не воздействующая аппаратура может быть очень полезна для мониторинга заживления ран через повязки, особенно ожогов; при конструировании одежды и др.

Группа измерения электрических полей под руководством Рамиля Мусина обнаружила вокруг человека заметные электрические потенциалы, измеримые на расстояниях до нескольких метров. Эти поля оказались промодулированными физиологическими ритмами организма: ритмами сердца, дыхания, даже микротреммором мышц. Достаточно было приподнять кисть руки и электрометр регистрировал рост амплитуды сигнала и радикальное изменение спектра микротреммора: от шумоподобного до одной частоты в диапазоне 20-30 герц. Было показано, что источником этого электрического поля вокруг человека является трибоэлектрический заряд, накапливающийся на высокорезистивном роговом слое эпидермиса, покрывающем поверхность кожи. Вследствие этого любая физиологическая вибрация поверхности тела вызывает вариации электрического потенциала вокруг человека. Владимир Мартынов сконструировал уникальную установку для динамического картирования физиологической «сейсмичности» поверхности тела через одежду (с чувствительностью к смещениям менее 100мкм). Она позволяла различать болезни лёгких и органов обдоминальной полости по специфическому контрасту сейсмичности поверхности тела в области их проекции (из-за спазма мышечного корсета над больным органом). С помощью этой установки можно было изучать динамические паттерны различных видов дыхания, особенно при дыхательных упражнениях йогов (пранаяме). Пример картирования такого дыхания показан на рисунке 6.

Рис. 6

Пространственно-временное представление смещений поверхности торса при дыхании йога: слева внизу-мгновенный паттерн смещений (амплитуда представлена псевдоцветом)для момента времени,помеченного на графике;слева вверху и справа внизу пространственно — времеменные проекции смещений для линий поперёк и вдоль торса соответственно; временной график приведен для пиксела, соответствующего пересечению прямых на паттерне торса.

Фундаментальные исследования тепло- и массопереноса в тканях организма, проведенные группой Мусина, позволили связать величину трибозаряда на поверхности кожи с темпом неощутимой перспирации (обеспечивающей отвод тепла из организма) и локальным метаболизмом в подлежащих тканях. Рост метаболизма в некоторой области тела приводит к увеличению темпа неощутимой перспирации над ней, падению сопротивления рогового слоя на этом участке кожи из-за повышения концентрации воды в нём и в результате уменьшению трибозаряда на нём, а следовательн и электрического потенциала около этого участка. Таким образом, распределение электрического поля около тела человека связано с распределением локального метаболизма внутри него. На основе этих работ Мусиным впоследствии был создан уникальный неинвазивный (без взятия крови) измеритель уровня глюкозы в крови.

Наиболее прозрачное «окно», через которое можно наблюдать в собственном «свете» функционирование организма, это магнитное поле. Через него «хорошо видно» мозг, сердце, мышцы, нервы и др. Но генерируемые биоэлектрической активностью магнитные сигналы организма очень слабы (в миллионы раз ниже уровня магнитного поля Земли, не говоря уж об электромагнитном фоне в городе). Наша магнитная группа, руководимая Андреем Матлашовым и Юрией Журавлёвым, преодолела при создании аппаратуры самые большие трудности. Были разработаны свои оригинальные магнитные SQUID сенсоры, электроника, фибергласовые криостаты, система электронной компенсации электромагнитного фона, магнитоэкранированная комната. В результате были созданы высокочувствительные многоканальные магнитометры (теперь они продаются по всему миру), которые позволили картировать биоэлектрическую динамику работы сердца, вызванные сенсорной стимуляцией реакции мозга и др.

Рис. 7

Магнитные карты сердца над торсом в момент R пика на магнитокардиограмме: слева — в норме; справа — при патологии: видно появление дополнительного дипольного источника в сердце.

Рис. 8а

Магнитоплетизмограмма, связанная с параметрической модуляцией внешнего однородного магнитного поля (поля Земли) при перераспределении парамагнитной крови в сердце: слева показана магнитоплетизмограмма в сравнении с магнитокардиограммой; справа: параметрическая магнитная карта, характеризующая выброс крови из левого желудочка.

Рис. 8б

Временная последовательность магнитных карт, характеризущих перераспределение крови в сердце в процессе сердечного цикла.

При магнитном картировании мозга у пациентов с нарушенным слухом вместе с хорошим нейрофизиологом Владимиром Трушем мы обнаружили, что в дополнение к слабому отклику на звуковую стимуляцию в слуховой коре наблюдается заметная реакция в другой области коры. Этот дополнительный сигнал вёл себя необычно: он нарастал, когда интенсивность звука уменьшалась (Рис.9). Потом мы поняли, что это сигнал, ответственный за уровень внимания. Он играет очень важную роль и в норме при восприятии мозгом сенсорных сигналов. Он особенно велик, когда восприятие в основной сенсорной зоне нарушено, сигнал слаб и восприятие идёт при максимальной концентрации внимания.


Рис. 9

Магнитные ответы мозга на слуховую стимуляцию: вверху отклик в слуховой коре пациента с нормальным слухом (горизонтальный магнитный диполь, соответствующий вертикалльно направленному току в слуховой коре);внизу слуховой отклик в коре пациента с нарушенным слухом: в дополнение к слабому нормальному горизонтальному диполю(внизу) наблюдается сильно выраженный вертикальный диполь, отражающий повышенный уровень внимания при восприятии.

Оптическая группа под руководством опытного экспериментатора Юрия Полякова разработала чувствительную аппаратуру для динамического картирования кровонаполнения и метаболизма мозга и тела (мышц, молочной железы и др.). Достаточно было задержать дыхание, чтобы видеть значительное уменьшение кровонаполнения и уменьшение оксигенации крови. Спектры обратного рассеянного излучения позволяли выделить изменения метаболизма в ткани.

Несколько лет потребовалось, чтобы создать на мировом уровне все указанные выше каналы пассивного дистанционного зондирования обьекта номер 1 в этом мире — Организма Человека. По самому подходу такое радиофизическое зондирование является принципиально интегральным по отношению к обьекту, применительно к Человеку — общеорганизменным. Уже в каждом отдельном канале пространственно-временной «пейзаж» характеризует системные общеорганизменные параметры. Кросс-корреляция динамических изображений организма в каждом канале отражает организацию и состояние функциональных систем организма. Например, при стрессорной (болевой) стимуляции весь торс в инфракрасном и радиотепловом «свете» реагировал практически синхронно (пространственная длина коppeляции была порядка размера тела), в то время как в релаксированном состоянии длина корреляции составляла несколько сантиметров. По этой причине одним из основных методов анализа регистрируемых динамических изображений была их функциональная сегментация для выявления внутренней связности. Межканальная корреляция таких изображений организма характеризует связность функциональной динамики различных систем организма: биоэлектрической активности, кровотока, метаболизма и др. Обычно результаты дистанционного зондирования анализируют с учётом ранее накопленных модельных представлений об организации объекта. При исследовании человека мы физики не обладали таким знанием и естественно обратились к медикам. И тут мы увидели, что медицина «разобрала человека на части», подробно изучаются отдельные органы: мозг,сердце, лёгкие, мышцы и др. Организмом человека в целом системно никто серьёзно не занимается. В подборе медицинских партнёров нам очень сильно содействовал проректор по науке 1-го Мединститута Владимир Иванович Ильин, который участвовал в Проекте с самого начала. С его помощью нам повезло: мы встретили и перетянули в нашу комманду редкого общеорганизменного физиолога Владимира Васильевича Сучкова. Он нам очень сильно помог в постановке экспериментов и интерпретации результатов. Кроме того, мы взаимодействовали с лучшими медиками Москвы: кардиологами, пульмонологами, нейрофизиологами,психофизиологами, онкологами и др., которые были заинтересованы в верификации нашей самой современной аппаратуры.

С помощью разработанной аппаратуры мы проводили мониторинг физиологических реакций организма пациентов на воздействие Джуны. Обычно, через 1-2 минуты после начала процедуры наблюдался рост кровотока, преимущественно в области патологии. Напр., на рис.8 показана динамика восстановления кровотока в стопе больного облитерирующим эндартеритом (болезнь курильщика).

Рис. 10

Динамика инфракрасных тепловых изображений стоп больного облитерирующим эндартеритом в процессе воздействия «экстрасенса». Видно,что в течение 10-20 минут нарушенный кровоток практически восстанавливалется.

При работе с пациентами с патологиями внутренних органов разогрев наблюдался в области кожных проекций этих органов (рис.3). Таким образом, сам факт физиологического отклика организма на бесконтактное и бессловесное воздействие «экстрасенса» был обьективно подтверждён. Но мы, физики, конечно, не могли судить о клинических аспектах такого лечения.

С учётом того, что Джуна была сильно занята лечением крайне важных (в том числе и для развития нашего Центра) «верхних» людей и могла приезжать на эксперименты 1-2 раза в неделю, в остальное время мы отрабатывали методики со «своим экстрасенсом» выпускником Физтеха физиком Юрием Харитоновым (он был моим ближайшим партнёром и заместителем по Центру).

Нам нужно было понять, по какому же физическому каналу возможно воздействие руки «экстрасенса». Для этого, помимо измерения уровня генерируемых организмом сигналов, нужно было определить уровень его чувствительности к таким сигналам. Речь шла о неосознаваемом (подпороговом) восприятии, для чего критически важным был выбор физиологического параметра, наиболее чутко реагирующего на воздействие и метода его измерения. Здесь решающую роль сыграли исследования группы Р.Мусина. Было показано, что в качестве такого параметра можно использовать проводимость рогового слоя эпидермиса заметно растёт даже при небольшом повышении темпа неощутимой перспирации. Кожа как форпост организма «набита» разными рецепторами, в том числе и терморецепторами, которые замечают повышение температуры уже на несколько десятых градуса под действием внешнего излучения и дают сигнал системе терморегуляции на повышение темпа неощутимой перспирации через кожу. Для того, чтобы вызвать нагрев кожи на несколько десятых градуса достаточно очень небольшой интенсивности излучения в несколько сот микроватт на см². Если учесть,что интенсивность инфракрасного теплового излучения поверхности тела человека около 10 милливатт/см² (в десятки раз больше, чем чувствительность), то видно,что кожа одного человека на уровне физиологии может реагировать на поднесение даже пальца другого с расстояния несколько сантиметров. Таким образом, было показано, что физическим каналом для бесконтактного взаимодействия руки «экстрасенса» с телом пациента может быть инфракрасное тепловое излучение. Манипуляции «экстрасенса» могут воздействовать как бесконтактный тепловой массаж, причём с обратной связью, т.к. рука обладает не меньшей чувствительностью, чем тело пациента. Успех такого не осознаваемого сенсорного диалога определяется, как всегда, искусством манипуляции, формирующим «обращение» к коже пациента, и «пониманием» ответа. Конечно, такое в принципе возможно только подсознательно.

Когда мы сравнили измеренный порог чувствительности кожных рецепторов, запускающих собственные регуляторные системы организма, с интенсивностями воздействий в современной физиотерапии, то обнаружили, что они в 100-1000 раз превышают этот порог. Это значит, что физиотерапевтическое лечение идёт при сильной перегрузке (несмотря на активное противодействие) системы терморегуляции организма. Учитывая, что система терморегуляции не обособлена, а «завязана» на многие другие системы организма, такое лечение идёт на фоне возмущения общеорганизменной регуляции.

Наряду с исследованием экстрасенсов, с помощью разработанных методов пассивного динамического картирования мы изучали реакции организма на вербальную сенсорную стимуляцию в процессе гипноза. Это было потрясающе наблюдать реакции мозга и тела пациента в течение нескольких минут на внушаемые стимулы: тепло, холод, бег и др. Они были трудно отличимы от откликов на соответствующие реальные стимулы. Мы ещё раз убедились, насколько состояние организма формируется сенсорной неосознаваемой информацией. Эти эксперименты стали возможными, благодаря нашему взаимодействию с очень хорошим психофизиологом Владимиром Файвишевским.

Постепенно с накоплением опыта мы осознали, что организм чутко «прислушивается» и реагирует на «шепот» и негативно воспринимает сильные воздействия «крик». Слабые сигналы воспринимаются подсознательно, но активно с максимальным сигналом внимания (рис.7) как органами чувств, так и распределёнными по всей поверхности тела рецепторами кожи. Функционирование организма основано на огромных информационных потоках как от внутренних органов, мышц, кожных покровов (о внешних условиях), в центральную нервную систему, так и обратно. Кора головного мозга осознаёт лишь верхушку этого огромного информационного «айсберга». Функционирование организма подавляюще определяется «подводной» неосознавемой его частью. В связи с этим обиходное суждение, что, я «не чувствую» воздействия«экстрасенса», то его и нет, не правомерно. К сожалению, радикальное сильное воздействие («громкий крик»), необходимый в только в хирургии, доминирует практически во всей современной медицине, включая терапию. Хирург или радикальное лекарство действуют быстро. А слабые активирующие саморегуляцию воздействия требуют, как правило, больше времени, чем радикальное лечение. Во многих ситуациях такое лечение может исключить «хирургию» (включая в это и сильнодействующие лекарства). Но современный пациент не доверяет ему, т.к. не ощущает воздействия в процессе такого лечения... При успехе через несколько дней (или недель) он думает: «само прошло...». Но ведь как раз это и цель настоящего лечения: активировать саморегуляцию организма, чтобы он сам устранил нарушения.

То, что изложено выше небольшая часть того, что мы успели сделать. Основное время и труд ушли на создание аппаратурной базы для изучения неоощущаемых сенсорных воздействий. Мы только-только приступили к изучению самого интересного: как деликатно (подсознательно) активировать общеорганизменную регуляцию, чтобы она сама «заметила» нарушения и сама их нормализовала.

Изложенное выше только интрига. Дорога дальше хорошо видна. Главная проблема не научная, а организационная — как продолжить Проект в непростых для науки современных российских условиях?

«Загадка экстрасенсов: что увидели физики»

АСТ-ПРЕСС, 2010

Главы из книги

Физики пробуют нас «на зуб»

Как я уже говорил ранее, когда мы занялись этой экзотической темой, наше родное научное сообщество — физики отнеслось к нам вначале подозрительно. Уж очень легковесно и назойливо об этом писала пресса. Масла в огонь добавили и серьезные академики своими красочными расказами о своих несерьезных экспериментах по квартирам. Научное сообщество очень критично воспринимает своих, вышедших в «начальники» лидеров. Критика, но конструктивная, движет науку. По этой причине, я вызывающе был готов рассказывать и обсуждать с оппонентами на физических семинарах, наш подход, разрабатываемую аппаратуру и результаты. Чем жестче, тем полезнее. Вначале народ приходил как в цирк посмотреть, как со мной расправятся борцы со лженаукой. Один из «зубров» физического эксперимента В.Я.Покровский, с которым я начинал свою работу в физике полупроводников, неоднократно высказывал мне своё мнение: «мне не нравится эта твоя новая тема». Однако, мне самому она все больше нравилась. Довольно скоро люди убедились, что мы надежнои профессионально построили свой подход со стороны пассивного дистанционного зондирования к самому интересному нефизическому обьекту — Человеку. В этом смысле показателен мой доклад на семинаре у одного из ведущих борцов со лженаукой член-корреспондента АН Михаила Владимировича Волькенштейна. Это происходило в большом конференц зале Института молекулярной биологии. Набилось много народу. Думаю многие пршли посмотреть, как меня «размажут»... После двух часов вопросов с жесткой дискуссией, глубокоуважаемый мной Михаил Владимирович вдруг заявил: «продолжение семинара откладывается на следующий раз: докладчик устал...». Я от неожиданности тут же заявил, что ничуть не устал. Тогда М.В. подошел ко мне и шопотом сказал: «я устал: я старше...». Это было неотразимо. После этого (и второго семинара) у нас возникло полное взаимопонимание. Он окончательно «вычеркнул меня из списка лжеученых». Я сделал много докладов о наших работах на научных семинарах, школах по физике, в Домах ученых и др. В результате научное сообщество нас признало и зауважало. Когда в 1984 году Ю.Гуляев выбирался в академики по Отделению информатики, вычислительной техники и автоматизации почти все члены этого Отделения (и не только этого) по несколько часов провели у нас, активно обсуждая наши работы. Очень заинтерсовался нашими работами выдающийся физик — теоретик академик А.Б.Мигдал. Мощь современной теории не знает границ: он как то между делом предложил для обьяснения телекинеза Кулагиной возможность существования других сил между живым телом и неживым обьектом, чем между неживыми «просто» физическими телами... Когда я рассказал ему о наших экспериментах и возможности приземленного количественного обьяснения с помощью электростатики, он без сожаления отказался от «потрясения основ» и заинтересовался нашей наукой. Несколько раз приезжал к нам. Два раза я делал доклады у него на семинаре в большом конференц зале МИФИ. Дискуссия была очень интересной и жесткой, как положено у физиков.

Так шаг за шагом научный интерес к нашим работам нагрелся до уровне, что было решено провести совместный семинар Отделения общей физики и астрономии и Отделения ядерной физики с нашим докладом в святом для физиков месте Институте физических проблем. Председательствовал академик В.Л.Гинзбург. Конференц зал был переполнен, прилегающий коридор тоже (туда была организована трансляция). Как символ обстановки, у меня перед глазами стоит «очешник» на одном из стульев первого ряда, который оставлял на своем месте директор Института академик А.С.Боровик-Романов, когда ему нужно было отойти. Я делал доклад у знаменитой доски (у которой физики «вынесли» много «заявителей»)... Неуверенности не было: было очень интересно обсудить нашу науку с сильными оппонентами. После доклада и обсуждения глубоко уважаемый Виталий Лазаревич заявил, что наша работа — это тот редкий, к сожалению, случай, когда с «чудесами» разбираются на уровне, принятом в физическом эксперименте. Именно это признание было для нас наиболее важным: ведь сами результаты нужно было обсуждать с медиками. После этого я два раза рассказывал о наших работах на знаменитом теоретическом семинаре В.Л. Гинзбурга в ФИАНе. В качестве продолжения так получилось, что во время обсуждения нашей работы на Бюро Отделения общей физики и астрономии, я в запальчивости заявил, что уровень физического эксперимента у нас нисколько не ниже, чем в Институте физпроблем. После этого А.С.Боровик-Романов по просьбе возглавлявшего Бюро академика А.М.Прохорова специально приезжал к нам в Центр детально посмотреть. В результате, нас окончательно приняли за «своих».

Наш подход к чудесам

Я, в принципе, допускал возможность существования не укладывающихся в рамки математики, химии, биологии) биочудес-феноменов, особенно, сенсорных. Я не люблю термин «экстрасенсорных», предполагающий, что мы знаем пределы сенсорных... Но только наука — единственно надежный способ их идентификации и упаковки в наше мировосприятие. Для ученых феномен — это «просто» обьект исследования, профессиональное дело (при этом «чудо» слово ругательное...). С помощью науки мы вместо экзотических «биополей», «ауры» увидели в собственом свете многообразную динамическую картину функционирующего организма человека. В привязке к сущестующему физиологическому знанию она воспринималась достаточно стройной и последовательной. В ней все можно было «потрогать», измерить, использовать как надежную отправную точку для углубленного изучения или практического применения. В процессе этой работы мы после анализа «жестко научно» приземляли сенсорные феномены. Не развенчивали. Установление их достоверности, как я говорил, было за пределами нашей профессии. Но при этом я всё время держал в голове то, что наша компетенция ограничена только областью физики. По части физики мы здесь никаких чудес не встретили. Но ведь, главная наука об организме человека — это не физика, а физиология и, говоря о сенсорике, сенсорная и психо-физиология.

Я уже говорил, что показанная нами возможность дистанционного физического контакта экстрасенса с пациентом через инфракрасное тепловое излучение далеко не исчерпывает обьяснение этого феномена. За этим с большой вероятностью может стоять сенсорное взаимодейстие через органы чувств, в первую очередь, зрение. Такой психофизиологический сенсорный диалог (массаж) на подсознательном уровне, в принципе, может лежать в основе не только «диагностики», но и облегчения состояния пациента («лечения»). Ведь, этот деликатный — на сенсорном подсознательном уровне интерактивный массаж, способен прицельно активировать саморегуляцию организма. Это не более, чем принципиально возможная модель явления, которая опять же научно приземляет чудо. Но не в физике, а в куда менее изведанной области — психофизиологии. Я поставил выше диагностику и лечение в кавычки по следующим причинам. Диагностика экстрасенса — это не более, чем выявление области тела, в которой может быть непорядок. Когда экстрасенс (как правило, без медицинского образования) пытается на основе этого поставить медицинский диагноз, «очарование» сразу исчезает. Говоря о лечении, речь может идти об активации ресурсов организма, чтобы «само прошло». Это самый лучший вариант лечения. На этом я остановлюсь подробнее ниже.

Эффект плацебо

В феномене «экстрасенс»может быть еще одна важная психофизиологическая составляющая, связанная с уровнем доверия, веры пациента в целителя. Это уже очень сродни феноменам исцеления около икон. У Джуны в пике её славы некоторые, наиболее «верующие», пациенты излечивались (правильнее сказать, самоизлечивались) уже от её появления в зале: видя её, слыша её, «молясь на неё»...Это та самая «психофизиологическая составляющая»... В медицине её называют «плацебо».

Фармацевтические фирмы используют плацебо при испытаниях новых фармпрепаратов, давая части пациентов под видом лекарства. Делают это двойным слепым методом: ни пациенты, ни сами врачи не знают, кому что дали: все верят, что дают только патентованное лекарство. Известны только номера таблеток, которые раскрывают и анализируют только после получения клинических результатов. Для подтверждения эффективности лекарства нужно, чтобы процент пациентов с заметным улучшением здоровья среди группы, принимавшей таблетки — лекарство, был много выше, чем в группе с плацебо. Это подтверждает непосредственно химическую природу воздействия. Именно это нужно доказать, чтобы получить разрешение выйти на рынок. Однако бывает, что процент пациентов с улучшением здоровья достаточно велик среди обоих групп. Это зависит от типа заболевания и обычно предварительно рекламируемого уровня надежд на лекарство. Такой результат воспринимаетя только как отрицательный для лекарства. Но ведь одновременно это означает, что в этом случае плацебо работает лучше лекарства! Почему же научно не навалиться на более детальное изучение природы психофизиологического воздействия, с тем, чтобысделать его контролируемым. Но этого не происходит, потому что психофизиология (в отличие от физики, химии и других точных наук) не достигла необходимого для разработки технологии уровня развития... Это принципиально общеорганизменная системная наука, которая много сложнее, чем точные науки, и потому намного менее развита в современной технологической цивилизации.

Интересен в этом ключе опыт известного одесского целителя. Как он сам с юмором рассказывал, самое трудное было в начале карьеры, когда он вкладывал все силы, работал с пациентом индивидуально и денег не брал. При этом лечебный эффект был, но не всегда. Затем он начал работать с группой пациентов одновременно и стал брать за работу деньги, результат улучшился. Эффективность заметно возросла, когда он стал лечить по телефону и брать дороже. В последнее время, когда слава о его «божьем даре» разошлась и народ повалил, он лечил, в основном, по почте: пациенту достаточно было послать письмо с описанием своих недугов и вложить хорошие деньги. Улучшение здоровья наступало гарантировано... В данном конкретном случае это не шарлатанство (хотя в рамках этого явно есть место для него): этот целитель умеет сблизи делать то же, что и другие экстрасенсы. Это эффект того же плацебо.

Похожая ситуация в случае дипломированного психотерапевта Кашпировского и журналиста Чумака. Кашпировский начинал как врач с индивидуального приема десятка больных в день. Можно считать, что при этом он в какой-то мере помогал каждому из них, т.е. эффективность его работы была около 100%. Это была профессионально напряженная работа, которая ни славы, ни заметных денег не приносила. Когда он перешел к работе с огромной аудиторией на стадионах и, особенно по телевидению, эффективность его прямого профессионального воздействия на пациента (не видя его и без обратной связи) явно должна падать в тысячи раз. Однако, даже при этом из сотен тысяч-миллиона зрителей-потенциальных пациентов находится сотня, которых «вдохновляет на излечение» его образ, воспринимаемый зрением и слухом. Это эффект «больших цифр». Эти немногие люди пишут «в редакцию», выступают по телевидению (большинство, которому не помогло, молчит). Это создает славу и веру, т.е.тот же эффект плацебо. Примерно так же, но сразу начав с самой большой аудитории — телевидения, «лечит» журналист (т.е. профессиональный «инженер человеческих душ») Чумак. Очень небольшая (наиболее внушаемая и «припертая к стенке» болезнью) часть аудитории (несколько сот из миллиона зрителей) впадает в доверие к нему, получает облегчение и славит его в «письмах в редакцию». Эта слава и вера действует с запасом: она распространяется даже на воду, «заряжаемую» им. Но, если такая вода дает сравнимый с ним самим эффект, значит от него нет прямого лечебного воздействия на пациента (на что он претендует). Вода же, «заряженная» верой в исцеление, — это классическое плацебо: таблетка — «пустышка», неотличимая по внешнему виду от патентованного лекарства. Можно сказать, что в огромных аудиториях лечат реально не Кашпировский и Чумак, а пациенты сами «лечаться об них» как о «чудодейственные иконы»: эффект определяется уровнем веры в исцеление. Цель этого анализа — не развенчание Кашпировского и Чумака (грех развенчивать «иконы», о которых люди лечаться), а привлечение внимания серьезной науки к изучению этого психофизиологического феномена с целью его контролируемого использования в медицине.

Если научно понять системный язык психофизиологического восприятия, чтобы активировать регуляторный ресурс организма, то он сам найдет и лучшим образом «с минимальной разрухой» поправит нарушения здоровья. Но это идет в разрез с доминирующим сейчас медицинским технологическим подходом, основанном на сильных прицельных воздействиях (химических, механических и других).

После того, как информация о нас как серьезной команде физиков, занявшейся экстрасенсами разошлась, к нам стали обращаться со всего мира (Англии, США, Болгарии, Китая, Индии и др.) с предложениями посмотреть нашими приборами на их «кудесников». Более того, нам предлагали даже организовать сертификацию экстрасенсов. Мы понимали, что это была бы абсолютная профанация. Ведь эффективность диагностики и лечения может быть подтверждена только медиками. Физики в этом могут поддержать только аппаратурно и то только после сертификации их аппаратуры медиками.

Мастер цигун

Однажды к нам обратились официально из Китайского посольства с просьбой посмотреть у себя в лаборатории на работу специально приехавшего из Пекина мастера цигун. Цигун-это одна из разновидностей традиционной китайской медицины, включающая искусство дистанционного исцеления. Это было действительно интригующе и мы согласились. Вместе с медиками отобрали несколько «острых» пациентов с уже знакомым нам (физики любят отработанные модели) облитерирующим эндартериитом (болезнь курильщика). Их привозили в лабораторию из клиники (хирургического отделения) 1-го Медицинского института. Пациента расположили в отдельном отсеке, нацелии на его больную ногу обьектив инфракрасного динамического тепловизора, чтобы наблюдать динамику кровотока в процессе воздействия мастера цигун. Я предложил мастеру расположиться рядом с пациентом и начать «работать» с ним. Но, к моему большому удивлению, мастер отказался и сказал, что ему не нужно быть близко к пациенту, чтобы воздействовать на него. Я поуговаривал его, обьясняя, что мы не стремимся к рекордам и что главное для нас надежность и четкость результатов. Но он настоял на своем и сел на стул в 2-3 метрах от отсека с пациентом. Мы предварительно договорились с ним, что он должен начинать и прекращать свое воздействие по моей бесловесной команде. Я сел напротив него и подымал и опускал палец в случайно выбранные моменты времени: он должен был начинать, когда я подымал палец, и прекращать, когда опускал. Каждый раз я замечал время. Эксперимент длился около получаса. Все это время тепловизор регистрировал термоизображения (характеризующие картину кровоснабжения тканей) стопы пациента с интервалом между кадрами около 10 секунд. Ни мастер, ни я не могли видеть дисплей, показывающий регистрируемые изменения картины кровоснабжения стопы. Все это время мастер просто сидел на стуле и, в отличие от наших экстрасенсов, не проявлял никакой видимой активности. Результат поразил меня. Когда мы посмотрели запись, то обнаружили, что каждый раз когда мастер начинал по моей команде воздействовать, температура, особенно в пораженной области, росла (кровоток усиливался) до то тех пор, пока я не давал команду прекратить воздействие. Далее температура пораженного участка практически не менялись (оставалась на достигнутом плато) до следующего периода воздействия, которое выводило температуру на новое более высокое плато. За время эксперимента кровообращение в стопе почти полностью восстановилось. Мы повторили воздействие на тех же пациентов на следующий день и еще раз через день. В результате, один из пациентов был выписан из клиники со значительным улучшением. А ведь он был положен туда на операцию. В чем заключался механизм воздействия мастера цигун (точнее через какой сенсорный канал он мог воздействовать на пациента) я, откровенно, не знаю до сих пор... И потому практически не рассказывал об этом ранее: в физике не принято обсуждать явление без подходов к обьяснению. Ведь, в отличие от обычных экстрасенсов, мы не выявили здесь какого-либо сенсорного контакта между мастером и пациентом: уж точно не инфракрасное тепловое излучение... Главное, был получен явный клинический эффект.

Cтранно, почему же китайские или другие в мире медики не провели до сих пор профессиональной клинической верификации воздействия цигун, ведь для этого абсолютно не важен сам механизм воздействия. Возможно потому, что такое лечение очень трудно поддаетя сертификации, как и плацебо.

Для выявления возможных физических носителей воздейстия нужны были дополнительные эксперименты, на которые просто не было времени.. Учитывая, что отсек с пациентом не был звукоизолирован, я могу только допустить некий неосознаваемый акустический сенсорный контакт между мастером и пациентом, не заметный для экспериментаторов.

Интересно, что в китайской делегации, кроме мастера цигун, была и просто экстрасенс, по нашим понятиям. Её они называли «просто одаренная», в смысле необученная. Она демонстрировала то же самое, что и все другие экстрасенсы. Интересно, её пассы (движения рук) были очень похожи на технику Джуны, Харитонова, болгарских экстрасенсов и других, которых мы наблюдали. Как будто они учились этому «в одной школе»...

Для экспериментов с мастером цигун мы привлекли китаеведа профессора В.Малявина из Института дальнего востока Академии Наук. Мастер говорил только по китайски. А Малявин не только свободно говорил на китайском, он написал несколько книг по китайской философии и медицине. Он сильнл помог нам в нахождении общего языка с мастером в дополнение к хорошей переводчице.

Мне было очень интересно общаться с ним как с ученым с совершенно другим («ортогональным» к моему) мировосприятием нашего общего мира.

Сомнительные чудеса

Вообще на нас выходило очень много сигналов о сенсорных феноменах. Мы реагировали, как правило, только на те, которые были «сверху» (откуда был заказан и Проект) с резолюцией: «разобраться». Но и при этом до эксперимента по выяснению физической природы доходила очень небольшая часть этих заказов. Дело в том, в науке (во всяком случае, в физике) так принято: чем экзотичнее заявка — феномен, тем надежнее, больше доказательств его существования требуется, чтобы начать серьезно разбираться с его механизмом. Доказательства типа «видел своими глазами» мы всерьез не принимали. Например, по этой причине, мы не взялись за изучение «телепатии». Группа американцев (М.Мэрфи и др.) делали эксперименты с Джуной, в процессе которых она якобы «видела»: описывала как выглядит некое место (площадь) в Калифорнии. При этом она никогда там не была и даже не знала, где это. Но там находился американец из этой команды и она якобы считывала прямо его зрительное восприятие. Все приводимые доказательства были предельно неоднозначны, типа «поверьте мне». А, главное, это выходило далеко за пределы научного знания. По этой причине мы не взялись за эту работу. Надо отдать должное, что при социализме заказчики сверху полагались, как правило (когда было неясно, как это «у них»), на мнение ученых (во всяком случае, физиков) и не настаивали. Тут надо признать, что мы взялись за экзотику типа телекинеза, кожного зрения, экстрасенсов («биополя) далеко не потому, что получили надежные доказательства их реального существования. А потому, что за каждым из этих феноменов увидели научно приземленную гипотезу и экспериментально убедились, что предложенный механизм может работать. После этого доказательство достоверности или аргумент, что это делается посредством «ловкости рук» становятся не актуальными. Имея в руках возможный механизм, мы всегда можем воспроизвести такой феномен как «волхвы фараона» повторяли «божьи чудеса» Моисея.

Скрытый потенциал сенсорного восприятия

Конечно, наиболее интересным, я бы сказал фундаментальным, был феномен под названием «экстрасенс». Анализируя в процессе его изучения возможности сенсорного восприятия человека, я стал меньше обращать внимание на ранее раздражавшую приставку «экстра»: настолько уникально это восприятие было устроено. Из накопленного знания получалось, что живые системы общаются (интерактивно взаимодействуют, запоминают и др.) с помощью связных образов с очень большим количеством признаков. Главное они делают это, не разбивая образ на отдельные признаки и не измеряя каждый, как в современных системах дискретной передачи информации. Бессловесный сенсорный диалог посредством образов — не только возможный механизм «общения» экстрасенса и пациента. Есть целый ряд подобных феноменов. Это начинается с полного взаимопонимания без слов матери и ребенка. Хозяин со своей собакой тоже не нуждаются в словах. Затем, разговор глазами и телом в настоящем танце. В этом образном сенсорном диалоге есть все необходимое для так называемых «экстрасенсорной диагностики и лечения». Партнеры взаимно провоцируют и копируют динамические позы. При этом здоровый («раскованный» в движении) партнер может почувствовать возможную «скованность» мышц другого партнера и, подсознательно моделируя такую ограниченность в движении на себе, установить область тела со скрытой даже от хозяина патологией (такая локализация источника с помощью моделирования в физике назывется решением обратной задачи). Я уже упоминал, что мышечный корсет спазмируется, например, над воспаленным аппендицитом или другими внутренними органами при непорядке, боли. Эта защитная реакция — мышечный спазм, как правило, затрудняет функционирование органа и мешает лечению. Например, при легочной патологии накладывающийся на неё спазм мышц грудной клетки, ещё более затрудняет дыхание. Или, куда более распространенный радикулит, когда мышечный спазм из-за болевого синдрома, препятствует необходимому для излечения растяжению позвоночника. Так вот, здоровый партнер, чувствуя проблему на своем теле, может очень мягко адаптивно задать динамический паттерн танца, расслабляющий этот сковывающий движение участок тела и тем самым способствовать излечению. Я уверен, что настоящий учитель пластичных (не современных) танцев может сработать как лучший экстрасенс.

Вообще в этом мире самое главное передается, происходит без шума или с «минимумом слов». Образ — самый емкий способ передачи информации, особенно с учетом заложенного в нас ассоциативного способа восприятия. Слова «разрубают» образный смысл на «куски».

Математик Ю.И.Манин, который вместе с психофизиологами попытался взять в голову, как же устроена память, пришел к заключению,что в коре головного мозга храняться все сенсорные образы, встреченные человеком в течение жизни и при определенных условиях они могут воспроизводится с мелкими деталями. Например, при некоторых патологиях, человек начинает вести себя, как бы вернувшись в обстановку, в которой жил лет 30 назад: пытается вешать шляпу там, где тогда стояла вешалка... Учитывая то, что мозг воспринимает не только внешние образы, но и сенсорные паттерны внутренней среды организма в течение всей жизни, почему бы не допустить, что в некоторых условиях они могут «заиграть». Можно научно пофантазировать, что где-то в ассоциативной памяти записывается и сохраняется индивидульный системный образ здорового организма, который может инициализироваться во время сенсорных диалогов!!! Научно реконструировать (собрать) такой сложный функциональный образ, в котором есть все необходимое для здоровья, не реально, а вот «разбудить», извлечь из ассоциативной памяти с помощью сенсорной стимуляции вполне реально. Вот только как найти — понять этот сенсорный «золотой ключик»?!

В общем за феноменом «экстрасенс» все более вырисовывалсь проблема уникально организованного сенсорного восприятия. Наряду с использованием очень информативного языка образов, оно отличается принципиальной мультимодальностью. При этом различные сенсорные модальности дополняют возможности друг друга. Например, сочетание высокой селективности звукового анализатора к распознаванию вариации во времени амплитуды сигнала с чувствительностью зрительного анализатора к изменению контуров изображения. Так, профессиональные танцоры воспринимают пластику друг друга не только зрением (зрительной корой головного мозга), но и через звучащую одновременно у них в голове (слуховой коре) музыку танца. Это особенно выражено, если реальная музыка очень тихая или даже выключена. При этом, как мы видели выше, максимально обострено внимание в процессе распознавания образов. В основном методе диагностики восточной медицины — пульсодиагностике различают около сотни слуховых образов: от пульс- «пустой» до разнообразных видов наполнения: «булькающий» и др. При этом пульс воспринимается не ухом, а тактильными рецепторами на кончиках пальцев... А результат «окрашивается» и распознается в слуховой гамме. Взаимодействие различных анализаторов, не только тактильного и слухового, но и зрительного (простейший пример — чтение нот) сильно повышает потенциал распознавания образов, комбинируя сильные стороны отдельных сенсорных модальностей. Это происходит при обработке сигналов в соответствующих сенсорных зонах коры головного мозга, которые взаимодействуют при этом друг с другом.

К сожалению, изучение сенсорного восприятия выходит далеко за пределы физики. Мне повезло: я встретил очень интересного психолога-математика Евгения Николаевича Соколова (психологический факультет МГУ). Мы увидели общий подход к изучению этой проблемы. Он предложил даже написать книжку об этом вместе. Затем к нам подключился Артур Николаевич Лебедев (Институт психологии Академии Наук). Мы вместе подготовили научный проект «Функциональное картирование мозга», направленный на изучение с помощью наших методов и аппаратуры сенсорного восприятия и обработки сенсорной информации в мозге.

Май 2010